Прошло уже много времени с тех пор, как дядя перестал выходить на связь.
Теперь я не знаю (I Don’t Know), где он и чем занимается.
Просто давать женщинам на улице выпить XXX, а затем XXX их — это было похоже на беспорядочное насилие, как выстрел в темноте (Shot in the Dark).
Почему дядя, совершавший один за другим величайшие грехи (The Ultimate Sin), так и не был пойман?
Впрочем, он не зря называл себя Принцем Тьмы.
Его можно назвать только человеком-чудом (Miracle Man).
Дни страха и возбуждения, когда я работал с дядей, были похожи на поездку в безумном поезде (Crazy Train).
Иногда я даже ловил себя на том, что начинаю уважать этого параноика (Paranoid), который был настоящим железным человеком (Iron Man).
Когда из-за ограничений по кредитным картам продажи упали, и я видел, как он жалуется, лая на луну (Bark at the Moon), я подумал, что дядя тоже человек.
В жизни бывают и хорошие, и плохие времена.
Пора попрощаться с романтикой (Goodbye to Romance) и двигаться вперед.
Мне грустно, что дядя исчез, но больше никаких слез (No More Tears).
Сам он говорил, что не хочет менять мир (I Don’t Want to Change the World), но он и так нанес миру более чем достаточный удар.
Пришло время заканчивать.
Я, помогавший дяде в его злодеяниях, решу завязать с этим и вернуться в родительский дом.
Мама, я возвращаюсь домой (Mama, I’m Coming Home).
Старые солдаты не умирают, они просто исчезают.
Молодая кровь, которая восхищалась дядей, продолжит его дело.
Прощай, Принц Тьмы.
Спасибо, дядя.
Прощай, Принц Тьмы (Goodbye, Prince of Darkness).
Покойся с миром, Оззи-сан (R.I.P OZZY-san).
