Моя сестра-хикикомори. Для меня она была просто частью интерьера. Старая, растянутая футболка, которую она носит годами. Поношенные спортивные штаны. Рассыпанные по полу салфетки и зарядный кабель от смартфона. Плохое зрение, неумение общаться с людьми. Она не выходит из дома, поэтому, конечно, нит, так называемая «модзё». Мы брат и сестра. Поэтому мне было совершенно всё равно.
Так я думал. В тот день я открыл дверь в её комнату по небольшому делу. Я не постучал. Я никогда не стучал. И там я увидел шокирующую картину. Сестра отчаянно кусала футболку, приподняв бедра. Я увидел то, чего не должен был видеть. В одно мгновение в голове всё побелело. Но больше всего меня поразило её лицо. Обычно она смотрит в смартфон с глазами дохлой рыбы, но сейчас её взгляд был таким, будто она улетает куда-то далеко, и в то же время она отчаянно за что-то цеплялась.
Рассудок рухнул с грохотом.
Граница между нами как братом и сестрой — всё исчезло разом.
Когда я пришел в себя, я уже был в комнате и навис над сестрой. Я прижал её сопротивляющиеся руки и силой притянул к себе её дрожащее тело. Я сам не понимал, что делаю. Но остановиться уже не мог.
И тогда... тело сестры, которое я считал сухим и безжизненным, оказалось невероятно горячим и мокрым. Забыв обо всём, я начал двигать бедрами. Упорно, глубоко, настолько, что не замечал, как она кончает.
«Пожалуйста, уже... я кончаю...» — даже эти слова доносились до меня словно издалека. Снова и снова. Каждый раз, когда я проникал глубоко внутрь, пальцы сестры впивались в простыни. Она издавала беззвучные крики и снова мелко дрожала. Но я всё равно не мог остановиться...
